Александр Лукашенко описал, какой видит так называемую «большую сделку» с Соединёнными Штатами. По его словам, освобождение политзаключённых и снятие санкций — лишь второстепенные элементы. Эксперты объясняют, на что на самом деле рассчитывает белорусский руководитель в переговорах с Дональдом Трампом.
В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не является самоцелью: «Приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Мы не просто люди, которые хотят пообщаться и познакомиться, мы ещё и главы государств, поэтому встреча должна быть тщательно подготовлена».
О том, чего именно Лукашенко ждёт от такой сделки с Вашингтоном, эксперты рассказали в беседе с журналистами.
«Политзаключённые и санкции — это мелочь»
Лукашенко рассчитывает, что перед заключением «большой сделки» между Белоруссией и США будет сформировано и подготовлено к подписанию отдельное соглашение. Он отрицает представление о себе как о младшем партнёре: по его формулировке, встреча в США не должна выглядеть как контакт «вассала с императором». Лукашенко настаивает, что действует как «реальный руководитель, который уважает собственный народ», и заявляет о готовности к сделке при условии, что в ней будут учтены интересы как США, так и Белоруссии.
По словам Лукашенко, ошибочно полагать, что американскую сторону якобы интересует только освобождение политических заключённых в Белоруссии в обмен на отмену санкций. Он называет и тюремное заключение оппонентов, и санкционный режим «мелочью» на фоне «гораздо более масштабных вопросов», которые, по его мнению, и должны стать предметом обсуждения в рамках «большой сделки».
«Пик политической карьеры»
Экс‑дипломат и глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский полагает, что визит в США имеет для Лукашенко исключительную значимость. По его словам, это может стать «пиком политической карьеры», поскольку за всё время его правления ещё не было полноценной очной встречи с действующим президентом Соединённых Штатов, посвящённой серьёзным переговорам.
Ковалевский обращает внимание и на текущую обстановку вокруг Белоруссии. По его словам, сохраняется угроза суверенитету и независимости страны, продолжается война, а Москва рассматривает сценарии втягивания Минска в военное противостояние не только с Украиной, но и с государствами Запада. В этой ситуации, отмечает эксперт, Лукашенко крайне важно добиться осуществления визита в США, чтобы, пользуясь этими контактами, защитить собственные интересы. Центральной целью он называет сохранение личной власти Лукашенко, которая, в свою очередь, требует поддержки белорусского суверенитета.
Политолог Валерий Карбалевич добавляет, что для Лукашенко значима и экономическая составляющая: отмена американских санкций, а также сделки по белорусскому калию. По его словам, опираясь на такую экономическую повестку, Минск рассчитывает легче преодолевать европейские ограничения и, прежде всего, восстановить доступ к Клайпедскому порту, через который до санкций шли крупные поставки калийных удобрений. Карбалевич полагает, что, «зацепившись» за одно звено — калий, белорусские власти надеются «вытащить всю цепь», а также прорвать дипломатическую изоляцию на западном направлении и добиться хотя бы частичного признания со стороны западных столиц.
Историк и политический обозреватель Александр Фридман указывает, что в случае успеха речь может идти о целой программе нормализации отношений. Он предполагает возвращение посла США в Белоруссию, восстановление прямого авиасообщения и запуск экономических проектов. Лукашенко, по оценке Фридмана, заинтересован в американских инвестициях и через обмен освобождения политзаключённых на отмену санкций стремится выйти на более масштабные договорённости, прежде всего в экономике.
Спешит ли Лукашенко с заключением сделки
Переговоры белорусских властей с командой Дональда Трампа продолжаются более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, были сняты санкции США с белорусских калийных удобрений, а также с национального авиаперевозчика, ряда банков и Минфина. Однако ключевое соглашение, предусматривающее освобождение всех политзаключённых, пока так и не оформлено.
По словам Валерия Карбалевича, остаётся неясным, какая из сторон сильнее затягивает процесс. «Переговоры ведутся в режиме закрытых консультаций. Возможно, если бы Лукашенко решился на более масштабные шаги по освобождению политзаключённых, это могло бы ускорить достижение договорённостей», — предполагает он.
Ковалевский считает, что ближайшие месяцы критически важны для завершения переговоров. Он связывает это с внутриполитическим календарём в США, где готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. С началом наиболее активной фазы кампании у администрации Дональда Трампа, по его оценке, станет значительно меньше времени для работы по белорусскому направлению. При этом он подчёркивает, что успех сделки во многом зависит от готовности Лукашенко и его окружения к реальным уступкам и компромиссам.
Александр Фридман отмечает, что Лукашенко осознаёт: прямой диалог с Вашингтоном стал возможен лишь после того, как в США стали рассматривать его как потенциально полезный фактор в контексте урегулирования войны в Украине. Внешнеполитическая ситуация меняется стремительно, и любое достигнутое соглашение может быть обнулено резкими событиями — будь то эскалация на Ближнем Востоке, резкое ухудшение отношений между Вашингтоном и Пекином или новый виток напряжённости между США и Россией. В такой обстановке, считает Фридман, выжидательная позиция может оказаться рискованной, и Лукашенко стремится как можно скорее зафиксировать договорённости.
Ожидает ли Лукашенко гарантий от США
По оценке Валерия Карбалевича, Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» целый комплекс вопросов безопасности. Среди них — своего рода гарантии того, что он не повторит судьбу Николаса Мадуро в Венесуэле или иранского руководства, столкнувшегося с жёстким внешним давлением и силовыми сценариями. Политолог напоминает, что американская администрация продемонстрировала готовность к решительным шагам, когда считает ситуацию стратегически важной.
Карбалевич отмечает, что вероятность для Лукашенко оказаться в положении Мадуро он оценивает как невысокую, однако «у страха глаза велики». По его словам, спецпредставитель президента США Джон Коул, делясь впечатлениями после переговоров в Минске, высказывался о том, что Лукашенко серьёзно напугали события в Венесуэле и Иране, и это заметно в его реакциях.
Валерий Ковалевский, в свою очередь, убеждён, что говорить о реальных гарантиях со стороны США пока преждевременно. Он напоминает, что Лукашенко на протяжении многих лет тесно связан с Москвой и воспринимается как союзник России, а не Вашингтона, и ожидать, что Соединённые Штаты возьмут на себя ответственность за его безопасность, было бы чрезмерно оптимистичным с его стороны.
При этом Ковалевский допускает, что в случае подписания «большой сделки» и продвижения к устойчивой нормализации отношений в перспективе такие разговоры могут стать предметом обсуждения. Однако, по его мнению, Москва вряд ли захочет уступать Вашингтону роль основного гаранта безопасности Лукашенко.
