ФСБ в течение минимум двух лет работала над внедрением искусственного интеллекта для мониторинга СМИ и внутренней аналитики. По утечке служебных документов стало известно о проекте под кодовым названием «Паук», который должен был автоматизировать работу ситуационного центра.
О проекте «Паук»
Формальным заказчиком выступал Центр защиты информации и спецсвязи ФСБ, исполнителем — подведомственный институт, который привлек частного подрядчика для разработки портала аналитики и управления контентом.
Задачи системы
Система должна была автоматически собирать новости веб‑краулером, помещать их на внутренний портал, где дежурный мог бы редактировать материалы, оценивать по пятибалльной шкале и комментировать. Готовые сводки планировалось хранить в закрытом контуре без доступа в интернет.
В состав решения входил встроенный чат‑бот на базе большой языковой модели, который должен был отвечать на вопросы сотрудников не только по новостям, но и по другим материалам из закрытых источников: сторонним базам данных, справкам и сканам.
Какие данные и как планировали использовать
В документации указано, что в ответах ИИ для «объектов заинтересованности» могли появляться персональные данные: ФИО, дата рождения, регион, телефон и данные автомобиля. В проекте упоминались как оперативные базы со слухами и донесениями, так и отдельные реестры с данными о гражданах и участниках мероприятий.
Разработчикам передали реальные сводки службы за период с января 2024 по июнь 2025 года для обучения и тестирования системы.
Что обнаружили в сводках
Анализ почти пяти тысяч записей показал, что помимо привычных для службы тем — исламизм, оппозиция, политические убийства — мониторинг охватывал давление на мигрантов, зарубежные забастовки и протесты, а также межнациональные конфликты в Европе. В сводки попадали сотни материалов независимых изданий, на которые опирались аналитические сводки.
Судя по документам, служба уже долго использует коммерческие сервисы мониторинга, собственная разработка должна была заменить их.
Почему проект не запустили
К осени 2025 года, к дедлайну первого этапа, разработка была приостановлена: в трекере задач появилась запись о приостановке работы. По сведениям из документов и мнениям IT‑специалистов, подрядчик не справился с заказом, вероятно, из‑за недостатка опыта работы с современными языковыми моделями.
