Правозащитники выявили постановочные кадры задержаний и признаний, снятые ФСБ
Согласно исследованию независимой правозащитной группы, значительная часть видеоматериалов по делам, связанным с политическими обвинениями, — инсценировка.
Авторы изучили 70 уголовных дел, возбужденных после начала войны, в которых встречаются записи ФСБ.
К середине 2026 года упоминания ФСБ в телеграм‑каналах увеличились в 2–3 раза по сравнению с периодом до войны; доля материалов с видеоматериалами выросла почти вдвое.
В роликах повторяются одни и те же сцены: оперативная съемка, задержание, обыск, перевозка задержанного и его признание. Почти в двух третях материалов есть кадры задержания и признания; оперативная съемке уделено внимание лишь в шести роликах, и по данным авторов, эти дела — результат провокации.
Признаки постановки отмечены примерно в четверти сцен задержания.
В качестве примера приводят дело рязанского анархиста Руслана Сидики: по версии следствия, задержали, а полицейский вроде бы пригласил в отдел; на видео Сидики изображен задержанным на фоне гаражей, после чего он рассказывает о вербовке. В суде он утверждал, что ролик сняли на следующий день после реального задержания, текст ему диктовали между дублями; до этого его избивали.
Еще один пример — волонтёр Красного Креста из Херсона Юрий Каев, которого приговорили к 14 годам; съемку задержания провели примерно через месяц после ареста. Ему выдали чистую одежду, вручили сумку с документами и велели идти по улице, а затем упасть так, чтобы не повредить лицо. Сцену сняли с первого дубля.
Признания на камеру часто переписывают и повторяют; художник Богдан Зиза, осужденный за антивоционную акцию, рассказывал, что текст менялся как минимум пять раз и его избивали, если казалось, что раскаяние неискреннее.
Отснятые записи используют для давления на родственников задержанных; авторы доклада называют это продолжением пыток, применяемых силовыми структурами.
Скриншот: «ЦОС ФСБ»
