Задержки с заводами и низкий уровень переработки отходов.
Депутат и глава комитета Госдумы по экологии Дмитрий Кобылкин сообщил, что строительство мусороперерабатывающих и мусоросжигающих заводов в России часто затягивалось из‑за сопротивления местных жителей. По его оценке, сейчас объём переработки бытовых отходов не превышает 10–12%.
По словам Кобылкина, многие населённые пункты отказывались от размещения подобных объектов рядом с жилыми территориями — общественные слушания и переговоры растягивали сроки реализации проектов на годы.
Депутат также заявил, что жителей, которые сортируют отходы, следует поощрять снижением платы за обращение с ТКО: подобная компенсация в тарифе применяется в ряде других стран и могла бы стимулировать раздельный сбор.
Уголовное дело в отношении куратора реформы
Заявления Кобылкина прозвучали на фоне уголовного дела в отношении бывшего заместителя министра природных ресурсов и экологии Дениса Буцаева, который ранее курировал мусорную реформу. Следствие считает, что при реализации реформы имели место многомиллионные хищения бюджетных средств.
Поводом для расследования стали материалы Счётной палаты, которые выявили неэффективное использование средств, выделенных на федеральный проект по обращению с твёрдыми коммунальными отходами. В 2024 году на эти цели одной из ответственных организаций было выделено 5,5 млрд рублей, при этом ни один из запланированных заводов по переработке вторсырья не был построен.
Трое бывших топ‑менеджеров организации, отвечавшей за реализацию реформы, были задержаны и дали показания, признав вину и указывая, что действовали по распоряжениям руководства.
Сам бывший замминистра покинул страну 22 апреля и скрылся за границей. Правоохранители готовят документы для объявления его в международный розыск; по делу ему грозит до десяти лет лишения свободы.
Провал других инициатив по утилизации
Ранее ряд крупных инициатив в рамках нацпроекта «Экология» также не удалось реализовать. В 2020 году одна из компаний анонсировала строительство десятков мусоросжигательных заводов, однако проект не выполнили: в конце 2024 года федеральное руководство признало его провалом, а в 2025 году строительство нескольких объектов было заморожено из‑за нехватки средств.